Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков » Ангбанд » О - "Это ещё не конец..." - 5 год


О - "Это ещё не конец..." - 5 год

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s3.uploads.ru/cYT04.png

1. Название и дата эпизода - "Это ещё не конец..." - 5 год.
2. Участники - Фингон, Маэдрос.
3. Место - скалы Тангородрим.
4. Событие - Порой, даже сильные духом воины нолдор теряют всякую надежду, и если у таких многострадальных нет верных друзей - объятия безумной смерти ждут их.
5. Примечания -

0

2

Пустоши озарил яркий свет молнии. Затем послышался гром и на землю начал падать ливень. Обитатели Ард-Гален поспешили спрятаться в своих уютных норах. На поверхности осталась лишь одинокая фигура, бредущая среди высоких трав. Ей негде было спрятаться, ведь в округе не было ни одного хотя бы невысокого деревца, поэтому найдя поблизости большой валун, она умостилась рядом с ним, будто превратившись в безжизненную статую.
Финдэкано быстро достал лук и снял с него упругую тетиву. Оружие было ещё ему нужно. Также он завернул в плотную ткань лютню, не желая, чтобы её коснулась хоть капля дождевой воды. Попробовав и себя хоть как-то укрыть, он приклонил голову, желая хоть ненадолго вздремнуть. Холод и сырость не были страшны тому, кто прошёл через Вздыбленные Льды.
Уже пятый год Нолдор жили в этой земле. За это время они успели привыкнуть к новой жизни. Но среди них не было того единства, которое когда-то царило в Амане. У берегов Митрима продолжало стоять два лагеря, а не один.
Финдэкано тяжело далась новость о пленении Маэдроса. Он не желал признавать того, что тот погиб, и поэтому не терял надежды хоть когда-нибудь увидеть его, хотя до сих пор и не знал, что тот не предал древнюю дружбу. Вести разведки стали последним, что подтолкнуло его на дорогу к подвигу. Моргот днём и ночью готовился к войне. Его кузницы грохотали неустанно. Нужно было покончить с враждой, пока не стало слишком поздно.
Проснувшись утром, путник обнаружил, что дождь уже прошёл. Снова собравшись в дорогу и перекусив несколькими ломтиками хлеба и мясом, он стал брести вперёд, стараясь не увязнуть в глубокой грязи. Небо начало становиться всё темнее. Сумрак, царящий над Железной Тюрьмой, на этот раз сыграл на пользу Нолдор, а не Морготу.
Добравшись, наконец, к Тангородриму, Финдэкано осторожно поднялся на уступы. Долго бродил он, пытаясь найти хотя бы тропинку в страну Тёмного Властелина. Пейзаж, который открывался со скал, казался ему удручающим. Всё больше и больше отчаяние начало одолевать сына Нолофинвэ.
"Разве так должна заканчиваться судьба сыновей Нолдор?"
Презрев опасности, эльф схватил свою звонкую лютню, и присев на камень, заиграл прекрасную песню, которую никогда здесь, среди этих камней, никто не слышал. Песня эта была прекрасной, а слова говорили о Благословенном Крае. Финдэкано мало надеялся, что это поможет, но, похоже, это была последняя его надежда.

+3

3

Годы тянулись бесконечной временной лентой - всякий новый день, такой же серый, как и прошлый, сменялся черной ночью, и не несли они лучей надежды на лучший исход. Сколько времени уже прошло - год, десять, столетие? В своем забытьи Маэдрос потерял счет времени, и ветер вторил безысходности нолдо, точно подтверждая его мрачные думы. Всего раз доводилось ему слышать рог сородичей, что проходили мимо - воззвать и получить тишину в ответ, а после - под гнетом лет избавить разум о терзающих мечтах свободы.
Никто из его братьев не отважился прийти к скалам Тангородрима, но у них на то были веские причины - одна жизнь, пусть даже и старшего из сыновей Феанора не такая уж великая цена за исполнение Клятвы, данной некогда на землях далекого ныне Амана. И посему мечтал старший феаноринг лишь о смерти, которая прервет эту тяжкую пытку, проклиная Моргота и его тварей, за то, что обрекли его на столь постыдную участь.
Вот так, думал он, в одиночестве и бессилии встретит свой закат старший из сыновей Феанора, не исполня ни долга перед семьей, ни перед своим народом. Глупая, глупая смерть - бесславная и бесцветная, преисполненная скорби и мук. Такой и запомнится она эльдарам, таковой станет последняя страница хроник жизни Нельофинвэ.
Тяжелые свинцовые тучи грузно ползли по небосводу, чуть ли ни задевая остропикие верхушки темных скал; испарения из отвратных разломов-ран клубились, расползаясь по гладкой каменистой поверхности и растворяясь в выси, одаривая пространство зловонным смрадом. Однообразный пейзаж, приевшийся за долгие годы заточения, вызывал чувства отрешенности, отчаянья, конца... И потому песнь, донесшаяся до слуха Майтимо, стала глотком свежего воздуха после трудного дня под знойным солнцем, надеждой, подаренной свыше. Он узнал этот голос, он его помнил, даже находясь в шаге от всепоглощающего безумия. Преисполнившись надеждой, он запел в тон удивительной мелодии и в памяти его с новой силой вспыхнули картины родного, покинутого ими края. Он видел величественную белоснежную гору Таникветиль, возвышающуюся над всеми прочими пиками Пелори, видел белокаменный город Тирион, поражающий своей красотой, и многие-многие другие образы, что дороги его сердцу.     
Подпевая Финдэкано, Нельофинвэ точно бы просил прощения у друга, раскаиваясь в содеянном предательстве.

+4

4

Неожиданно Финдэкано услышал шум. Первой мыслью, наверное, у любого была бы та, что орки заметили неосторожного путника. Но эльф ещё не позабыл голос, который он слышал в последний раз на противоположном берегу моря. Это определённо был Майтимо. И именно в этот миг у сына Нолофинвэ в сердце вновь пробудилась надежда. С тревогой подняв взгляд, он на время перестал играть, спрятав музыкальный инструмент, чтобы тот не мешал ему подниматься по скалам. Пройдя между камней, держась руками за их острые края, он, после недолгих поисков, увидел то, ради чего и проделал весь этот путь сюда.
Нельо сильно пострадал. И дело было не только в исхудавшем теле, и неимоверно потрёпанном виде, но и во взгляде, полном боли и отчаяния. Встретившись с другом глазами, Финдэкано показалось, что и сам он почувствовал те страдания, что выпали на судьбу первого сына Феанаро. Ощутив в душе острое чувство жалости, эльф взобрался к подножью отвесной скалы, всю дорогу думая, как лучше было вытащить того отсюда.
- Это я, Нельо,- воскликнул он встревоженным голосом.- Я пришёл, чтобы забрать тебя отсюда. Что же они с тобой сделали.… Будь трижды проклят Моргот, трус, и повелитель рабов. Только подожди, прошу тебя, Нельо…
Пытаясь разыскать обходную дорогу, Финдэкано так ничего и не нашёл. Бесплодно подробив в округе, он даже достал из колчана стрелы, сделав попытку воткнуть их в скалу. Но наконечники скорее сломались бы, чем проделали в ней дыры.
- Нет, нет! Что же делать!
Снова путником начало овладевать отчаяние. Досадней всего было то, что друг висел от него совсем рядом, и в то же время к нему нельзя было никак добраться. Но нолдо не собирался отступать. Он твёрдо решил во что бы то ни стало не бросать Майтимо. Даже если это угрожало и ему. Но он сейчас совсем не думал о себе. Главное было спасти Нельо. И как можно быстрее.

+2

5

Голоса затихли вместе с тонкой спокойной мелодией и наступили самые долгие в жизни Майтимо минуты ожидания. Внутренний трепет - возгоревшаяся надежда, отогнали на время уныние, накопленное за длительный срок, что находится он на проклятой скале. Очнувшись ото "сна", тело в полной мере ощутило все страдания муки - желание поскорее очутится вновь на твердой земле взяло верх. Но то был лишь отклик страдающего на протянутую руку помощи, ушедший с радостью от встречи, когда взору в полной мере предоставился его верный друг. 
В горло пересохло - казалось, последние силы феаноринга ушли на песнь, потому он не ответил сначала Фингону, лишь смотря на него сверху вниз из-под полуопущенных век. Дабы поубавить нетерпение и успокоить непомерно пылкий разум, искаженный временем заточения, пришлось приложить немало усилий, однако, последующие слова вызвали лишь тихий протяжный стон - и Маэдрос взмолился: просил он прервать его жизнь, а вместе с ней и страдания, которые терпеть уже не в силах, иначе же, не имея возможности освободиться, он сойдет с ума в этом проклятом крае.
Видя ещё яркий огонь надежды в действиях брата, Нельофинвэ стал просить более убедительно, говоря, что иного выхода нет, а так и только так - он прекратит весь этот кошмар.
- Иного выхода просто нет! - он вложил последние капли сил, что оставались, и голос его прорезал тишину скал, врезаясь в них - крик потерявшего надежду.
Казалось, что для него уже слишком поздно, что время его пришло - и пусть не самой славной выйдет смерть, она всяко лучше тяжкого существования на скале. И вновь тяжкие минуты ожидания настали: не поколеблется ли Финдэкано? Исполнит ли просьбу, столько же простую, сколько и непосильную?

+2

6

Надежда гасла. Ситуация была безысходной. Ещё немного пробродив внизу, Финдэкано поднял голову вверх. Каждое слово Нельо отдавалось в его душе жгучей болью. Выбор, который предстоял ему, был просто невыносим, и этот выбор ещё никогда не стоял ни перед кем из сыновей Эльдар. Не зная, что делать дальше, старший из внуков Индис долго колебался, прежде чем что-то решить.
"Я не могу этого сделать. Он же брат мне,- говорил он себе,- Нет, никогда и ни за что!"
Но чем больше он смотрел на Нельо, тем больше понимал, что тот пережил уже немало страшных мук. Дальше его могла ждать участь и похуже смерти. Для близких такое было ужаснее даже самых изворотливых пыток, проведённых на них же. Поэтому, достав из-за спины лук, Финдэкано положил на тетиву стрелу, подняв оружие на уровень своих глаз, из которых тут же полились слёзы.
Эльф мигом отбросил все сомнения. Если он мог облегчить страдания друга, то он должен был так поступить. Даже если это было и неправильно. Но выхода другого и вправду не было.
"О, Ты, отец птиц небесных! Сжалься над бедами Нолдор. Отдаю оперенную стрелу на волю Твою!"
Осталось только отпустить палец, моля о том, чтобы хватило лишь одной попытки. Но как назло руки тряслись и слёзы стояли в глазах.

+2

7

Сомнения Фингона вызывали бурю эмоций внутри души мученика - нет-нет, и вновь сорвется с уст крик-мольба, раздаваясь окрест своеобразным, привычным для мглистых скал плачем. И, казалось, никто и ничто больше их не слышат, кроме неприветливых пиков, сокрытых во мраке, точно укутанных, чей черный камень не видел солнечного света.
Вверх - безрадостное серое небо, тяжелое и низкое, клубящееся массами свинцовых облаков; вниз - холодный камень, на котором в сию минуту метался в сомнениях Финдэкано, отторгая спокойствие и усиливая отчаяние и без того ослабленного временем разума нолдо. Разве не предал Первый Дом их? Разве не должен старший сын Феанаро расплатиться за безумный поступок отца? Но, разве оставить всё как есть - не станет местью? Отемнение ума, что вызвано заточением, подкидывало массу разнообразных, порой ложных, порой страшных идей, мыслей и образов, и навряд ли Майтимо понимал в эту минуту, что есть правда, а что - наваждение, и во что веровать, а что гнать.
В руках брата увидел он лук и понял, что тот сделал свой выбор, сжалился над ним. Ни одна струна души нолдо не дрогнула в близости смерти, словно готовясь к этому, ожидая и желая больше всего на свете. Избавление - его близость дарила еле ощутимую легкость: скоро всё должно было кончиться. И хоть финал недостоин одного из феанорингов, он всяко лучше тех пыток, что довелось испытать за время своего пребывания на скале Тангородрим - этой искусственной трехглавой громадине, выросшей по велению Черного Врага.
"Прощай, Финдэкано, прощай, мой друг..." - Маэдрос смотрел на брата, не желая закрывать глаз, одновременно извиняясь и прощаясь в последнем мгновении жизни.
Воздух встрепенулся, порыв ветра лизнул лицо эльфа и через секунду уха его коснулся свист - так крыло птицы прорезает массы воздуха; картина сменилась и вот уже пернатый посланник Манвэ заслонил своей спиной старшего феаноринга. И размах крыла небесного гиганта был столь огромен, что преградил путь взору пленника - Нельофинвэ не мог видеть ни Фингона, ни того, что стало причиной визита гиганта Торондора.

+2

8

Неожиданно произошло что-то невероятное. Финдэкано, увидев, что в сумраке на него летит нечто огромное и шумное, было подумал, что это крылатые чудища Моргота были готовы схватить его. Но на его удивление вместо огромной ящерицы или чёрной птицы в небе оказался гигантский орёл, принадлежащий никому иному, как Манвэ. Эльф уже видел таких, посещая подножье Таникветиль, и сразу обо всём догадался. Это мысленная просьба коснулась слуха Валар, и они решили принять её, не став отказывать в такой неимоверно трудный час даже тому, кто перешёл Вздыбленные Льды.
Когда птица подлетела к сыну Нолофинвэ, он быстро вскарабкался по её крыльям и оказался на её широкой спине. Крепче цепляясь за перья, эльф поднялся вместе с ней к самой цепи Тангородрима, и, выхватив меч, стал рубить усердно железо.
Но неожиданно вновь восставшая надежда начала тускнеть. Цепь не хотела ломаться даже под напором клинка Нолдор. На ней после двух десяткой ударов не осталось даже царапины, и лишь искры летели вниз.
"Не сталь подвластна клинку, так плоть".
Но не так скоро Финдэкано принял спасительное решение. Ещё некоторое время промучившись, он неожиданно резко размахнулся, и, попав по запястью Нельо, схватил упавшего эльфа руками. Осторожно придерживая того, он попросил орла быстрее лететь к Митриму. Ведь в горах уже кое-где начал подниматься шум. Да и рана товарища могла оказаться смертельной при ужасном состоянии того. Лечить же его в воздухе было сравнимо с безумием.

+2

9

Недосягаем стал его взору друг и лишь шуршание огромных крыльев являлось ответом на немой вопрос - это помощь, рука, протянутая утопающему, широкий мост над бесконечно глубокой пропастью; даже после всего того, что сделали они, ослепленные гордыней и яростью, Манвэ не отвернулся от них, направив Торондора в час нужды. Дыхание перехватило от зрелища столь своевременной помощи - и вот, казалось бы, ещё минута и нескончаемому заточению придет конец, а он, Майтимо, вновь сможет спуститься на твердую землю. Но не было бы коварство Врага настолько безграничным, если бы всё было так легко, как казалось на первый взгляд. Проклятая сталь не поддавалась, и вновь в душе нолдо отчаялся, прося у друга смерти, что освободила бы его от мук. Каждый скрежещущий удар отдавался новой волной отчаянья - зачем напрасные усилия?
"Если тянуть, то подчиненные Моргота могут услышать стук и тогда вряд ли уже получится сделать хоть что-либо", - не столько за себя, сколько за брата переживал Маэдрос, и только хотел он озвучить свои мысли, как Фингон резко рубанул клинком по его руке. Свет в глазах померк на какие-то мгновения, боль затмила все прочие чувства - он не слышал уже и вряд ли когда-то вспомнит, кричал тогда ил же просто сжал плотнее зубы, да и вряд ли сие теперь имело хоть какое-то значение.
Придя в себя уже на спине орла, поддерживаемый братом, Майтимо осознал насколько он бессилен - долгое заточение сказалось на теле нолдо: и движения все давались с трудом, и стоять толком он не мог, оставалось лишь надеяться, что организм со временем оправится.
Ветер бил в лицо, в ушах стоял свист от воздушных порывов - безграничные небесные степи окружали их, и, казалось, нет им ни конца, ни края. Свобода в какой-то момент показалась невыносимой: слабость давила на разум, угнетала, попирала гордость нолдо, и если бы не находились они на спине орла, то скорее всего феаноринг бы попытался сам держаться на ногах. Однако в его состоянии сие было неразумно, опасно, да и неблагодарно в конце концов.

Отредактировано Маэдрос (2013-03-07 00:34:03)

+1


Вы здесь » Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков » Ангбанд » О - "Это ещё не конец..." - 5 год


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC