Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков » За гранью » Эпизод - Королевские игры


Эпизод - Королевские игры

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

1. Название эпизода. Королевские игры
2. Участники.: Маэглин, Маэдрос, Маглор, Амрод и Амрас (под мудрым управлением Маэдроса), Мелькор
3. Время, место (мир). 513 г. П.Э., альтернативная реальность Арды.
4. Описание эпизода. В этой реальности Гондолин пал, Маэглин выжил, получил крепость, отстроенную на месте Гондолина и женился на Идриль.  Теперь его задача - обеспечить владычество Мелькора к югу, заполучив земли Дориата. Маэглин, по указанию Моргота, предлагает выкупить у феанорингов эти земли, предлагая за них немыслимую цену - один из двух оставшихся Сильмариллов.
5. Дополнительная информация

0

2

Мрачный и чёрный, как небо над Тангородримом, вошёл Маэглин в свои покои и рухнул на кровать. После жёсткой встряски у Моргота и бешеной гонки - прочь, из Ангбанда! - у него не хватило даже сил зайти к жене-а её он обнимал первой, возвращаясь из походов. Близость жены всегда действовала на Маэглина умиротворяюще, в каком бы настроении любезная супруга не находилась. Впрочем, она честно блюла свою часть договора (как и Маэглин -  свою):  мужу никогда не перечила и изображала при его приходе радость, которую, вероятно, внутренне и не испытывала.
Впрочем, еле живому коменданту обновлённой крепости, возведённой на месте благословенного Гондолина, повезло куда больше, чем его лошали - та пала, когда до долины оставалось не более двух миль. Не возвращайся Маэглин из Ангбанда, он с лёгкостью бы проделал оставшийся путь; но ноги подгибались, а в ушах шумел грохочущий голос - и вместо того, чтобы идти, Маэглин едва ли не полз.
- Сорвёшь операцию "Дориат" - пеняй на себя...
Маэглин протянул руку и нащупал на прикроватном столике бокал, доверху наполненный тёмно-шоколадной тягучей жидкостью с ароматом степных трав. Кто-то из слуг, зная, в каком состоянии возвращается обычно хозяин из Ангбанда, поспешил налить двойную порцию успокоительного зелья. Маэглин, поморщившись (вкус был, прямо сказать, ОЧЕНЬ СПЕЦИФИЧЕСКИМ),  осушил кубок до дна, вытянулся в полный рост и прикрыл глаза...
Отдых пошёл ему на пользу. Два часа спустя Маэглин сидел у стола и, тщательно обдумывая каждое слово, составлял письмо своим драгоценным дядюшкам:
"Любезные мои дяди Маэдрос, Маглор, Амрод и Амрас!
Вот уже не первое столетие земли наши изнемогают под гнетом братоубийственной войны, что ведёте вы между собой и величайшим Валой Мелькором, прозываемой вами Морготом. Много доблестных воинов полегло в этой изнуряющей битве, много прекраснейших городов и  царств пало, уничтоженных гордыней.
Пора положить конец этому кровопролитию, любезные мои дяди. От лица господина моего Мелькора предлагаю вам заключить Вечный  мир на воистину выгодных для вас условиях. Причиной долгих войн стала опрометчивая клятва, и господин мой Мелькор, устав также, как и вы, от извечных побоищ, и желая спокойствия, предлагает вернуть вам один из камней вашего отца. Вместе с тем, такой подарок требует ответной любезности, и господин мой Мелькор желает получить за него земли королевства Дориат, в настоящее время находящиеся под вашим неусыпным контролем. В свою очередь, господин Мелькор не будет препятствовать вам найти и обжить иные плодородные земли на юге или юго-востоке, и согласен подписать договор о Вечном мире с указанием границ вашего будущего королевства.
Если вы согласитесь принять предложение моего Повелителя, я с радостью, милые дядюшки, приму вас в обновлённом  Гондолине для детального обсуждения всех вопросов по поводу передачи Сильмарилла в обмен на земли Дориата, заверяя вас со всей чистотой сердца и помыслов, что вы можете явиться беспрепятственно на переговоры, ибо на земле обновлённого Гондолина ничто не будет угрожать вашей жизни, в чем даю поруку я от имени своего господина. Надеюсь на ваше понимание и благоразумие, ибо затянувшиеся воины слишком дорого стоили обеим сторонам, и наступил наконец момент заключения долгожданного мира.
С любовью, уважением и почтением - ваш племянник Маэглин, наместник обновлённого Гондолина".
Он вызвал к себе гонца - шустрого истерлинга, что кишмя кишели в коридорах крепости. Беспокоясь за самочувствие жены, Маэглин сумел уговорить Мелькора на то, что хотя бы обслуживанием коменданта, его жены и пасынка занимались человеческие отродья, а не орки. А поскольку супруга за пределы своих покоев почти и не выходила - то к гарнизону Маэглин таких требований не предъявлял.
- Доставишь в Дориат, королю Маэдросу, - коротко велел Маэглин, передавая гонцу запечатанный пакет. Истерлинг поклонился и исчез.
Теперь оставалось только ждать.

+3

3

Гонца встретили на границе верноподданные Маэдроса и привели его к Лорду, чтобы тот сам решал, что делать с вастаком. Вели его, как и полагается, с завязанными глазами, но не столько для того, чтобы человек не запомнил дороги, но чтобы не смог по возвращении к господину сказать что толкового о положении феанорингов.
Приняв из рук гонца письмо и прочитав его, Майтимо велел отвести гостя куда следует - пусть пока отдохнет с дороги, отужинает, однако и веры у старшего человеку из его племени не было, и он приказал так же не спускать глаз с него. Решение предстояло не из легких: с одной стороны предложение это - чистой воды безумие, с другой - Клятва, и если удастся таки заполучить один из Сильмариллов - сие, несомненно, выгодно.
- Амрод, Амрас, чем вы занимаетесь? - застал Нельо младших за разговорами в лесу; услышав голос старшего, оба немедля подошли к нему, вопросительно смотря на брата, мол, что за вопрос привел его к ним. - Братья мои, вы помните нашу цель, с которой прибыли мы в эти земли? - утвердительные кивки. - Тогда прочтите это, - Амрод осторожно взял протянутый им, свернутый вчетверо лист бумаги. Читали оба брата молча и по всей видимости - вдумчиво. Заговорить же первым решил Амрас:
- А Маглор уже в курсе? Нет? - близнецы переглянулись. - Если ты показал письмо нам... значит, согласен с условиями? - нельзя сказать, что братья смотрели осуждающе, скорее с любопытством и толикой недоверия, но последнее предназначалось не Нельо, а скорее к внезапно нарисовавшемуся на горизонте родственнику, что исполнял роль доверенного лица Моргота.
- Я ещё не знаю... - честно ответил Нельофинвэ, тяжело вздыхая.
- Дай знать, как надумаешь. Если ехать, то всем вместе, - ободрение и уверенность в голосе Амрода вызвали на губах старшего улыбку, и он кивнул в ответ, а после - попрощавшись, направился прочь.   
Тяжко было принимать решение самому, не зная, ловушка ли это, правильно ли поступать именно так, а не иначе. Близнецы примут любое его решение, но примет ли Маглор? Второго брата Майтимо не видел со вчерашнего вечера, как, распрощавшись, они направились каждый по своим делам, потому и сейчас - не имел ни малейшего представления, где может прогуливаться или отдыхать Канафинвэ. Весь вечер и половину ночи провел Маэдрос в думах, взвешивая и рассуждая, продумывая всевозможные варианты развития событий, размышляя, как лучше не только для исполнения долга, но и семьи - их благополучия.
Взять Ангбанд штурмом у них не выйдет - это ясно, как день, прокрасться незаметно в крепость Врага - ещё более безумная идея, потому, взвесив все "за" и "против", вывод напросился сам по себе - попробовать стоило. Даже если ожидаешь подвоха - что им ещё остается? Больно уж соблазнительно получить один из отцовских Сильмариллов обратно. Так и порешил, а на утро приказал известить всех феанорингов, что они отправляются в путь.
Идти решено было вдоль леса Бретиль, дабы миновать ненавистную гору Горгорот - как и до сего момента, гонца вели первый отрезок пути с завязанными глазами, а дальше - он уже сам показывал путь. Отрядом из Дориата вышли небольшим - пять десятков воинов во главе с четверкой Лордов Первого Дома.
Уже у горного хребта их остановил новый гондолинских патруль, состоящий исключительно из орков: твари угрожающе рычали рычали, но боязливо отступали обратно при виде гербов Первого Дома, помнили ещё бестии поля битв и чьи мечи разили их обезображенные туши.

+1

4

НПС вастака
Капитан приграничного отряда был оповещён о возможном приезде делегации из Дориата - и поэтому ничуть не удивился, заслышав вдали топот коней и бравые, звонкие голоса. Феаноринги приближались.
Он наблюдал за ними, укрывшись в одной из расщелин, которыми пестрели окружавшие Гондолин горы. Наблюдал - и не мог не поразиться той напыщенности и помпезности, с которой жалкая горстка поистершихся вояк двигалась в гости к Наместнику Моргота. Эти нолдор всегда славились умением пускать пыль в глаза. На чём и держались...
Сам капитан не понимал причин, по которым Повелитель грозного Ангбанда решил вести переговоры с этой горсткой напыщенных гордецов (хотя смутно и догадывался о них). Родственнички Наместника! В гробу он видал таких родственничков!
Пока кавалькада гордо продвигалась вперёд, его зоркий взгляд успел вычленить всё, что представляло интерес для Наместника. Численность. Вооружение. Настрой. Более детально он доложит всё при приватном разговоре, а пока следовало передать в крепость информацию о прибытии долгожданных гостей.
Проводив взглядом процессию, вастак вскарабкался на близлежащий холмик - где, запалив факел, только и ожидали его появления.
- Прибыли, - коротко заявил очевидное капитан.-Пятьдесят четыре гостя. Зажигай.
День  был ясный и солнечный - как раз пригодный для того, чтобы не просто оповестить о приезде дорогих гостей, но и сообщить об их численности. Молодой вастак, ответственный за связь с крепостью, шустро управлялся с подачей дымовых сигналов, капитан пристально наблюдал за ним. Действительно, молод ещё, не обтёрся. Допустит ошибку - с него, капитана,  взыщут, не с щенка!
Увидев, как где-то вдали взметнулся вверх столб дыма, капитан удовлетворенно кивнул: информация получена. Скупо похвалив паренька, капитан неспешно  направился вниз, чтобы уже в качестве командира пограничного отряда встретить посольство.
Он поспел как раз к разгару представления. Феаноринги, гордо подбоченившись, сидели на лошадях и взирали на окружавших их орков с чувством немыслимого превосходства. Орки скалились, всячески стараясь придать мордам благожелательное выражение (а заодно скрыть истинные порывы: выпустить кишки этим зазнавшимся эльфам)!
- Рад приветствовать вас на земле великого Моргота, потомки славного рода!-велеречиво сказал вастак, склоняясь в поклоне так низко, как позволяло его самолюбие.-Господин Наместник велел проводить вас до его резиденции. Следуйте за мной!
Ему подвели лошадь, и человек одним махом вскочил в седло. Не оглядываясь, следуют ли наместниковы родственнички за ним, он направился по горной тропинке вперёд, к городу, надеясь не только полюбоваться  спектаклем, что устроят по приезду желанных гостей, но и принять в нем непосредственное участие

Маэглин 
 Третий или четвертый раз в жизни Маэглин видел улепётывающего орка. И то, гнался за тварью воистину  грозный и опасный противник. Размахивая деревянным мечом, он вопил истошным голосом: 
- Выходи на бой, проклятый Финголфин! Я, Великий Мелькор, вызываю тебя на честный поединок! 
Орк визжал и убегал со всей приличествующей его роли скоростью. Маэглин хмыкнул украдкой, размышляя: чем так проштрафился бедняга, что его отправили ублажать наместникова пасынка. Обычно и орки, и истерлинги предпочитали играм с неугомонным пострелёнком десять суток гауптвахты.
Когда "Великий Мелькор" пробегал мимо Маэглина, наместник ловко перехватил его за пузичко и, подкинув пару раз (невысоко, но с силой, под аккомпанемент восторженных визгов и воплей) спросил, улыбаясь:
- А не желает ли Великий  и Ужасный заглянуть в обеденный зал? Там как раз подали пищу, достойную такого могучего Валы как вы, мой повелитель.
 - Проводи меня в зал, наместник, и раздели со мной трапезу! - выпятив грудь, потребовал пострелёнок. - Ибо ты-вернейший из моих слуг!
- Я бы с радостью, мой господин, - развёл руками вернейший из слуг.-Да дела государственной важности не позволяют мне разделить оказанную вами честь. Прибыли послы, и я обязан их принять.
Поворчав для вида, Эарендил скрылся за поворотом в сопровождении орка. По счастью, Идриль никогда не заходила в башню, где проводил дни и ночи её сын - единственную башню во всём замке, вход в которой Маэглин строжайше заказал супруге. Иначе её сердце бы не выдержало вида Эарендила, шествующего в компании отрыжки морготова эксперимента. А между тем, мальчишка сам требовал, чтобы ему "поставляли" - именно такое слово он и употребил - этих тварей. Маэглин, хоть и поварчивал, считая, что детям не очень полезно расти в окружении таких чудищ - но прихоти пасынка выполнял - с немалым удивлением для себя и с тревогой о том, что однажды до жены дойдёт, с какой охотой он потакает шалостям того, кого, по его собственным заверениям, держал в ежовых рукавицах и кому хранил жизнь исключительно по милости его покорной матери...
Три года жизни бок о бок с малолетним сорванцом изменили их обоих, стерев из памяти ненужные воспоминания. У Маэглина - что отцом пацанёнка был Туор, чьё тело давным-давно изгрызли черви. У  Эаредила - его принадлежности к роду нолдор, первейшим врагом которого был Моргот. Должное воспитание Маэглина давало свои плоды...
- Постарайся сделать так, - Маэглин, тряхнув головой,  обратился к слуге, пришедшему с известием о сигнальных огнях, - чтобы мальчик не попался моей родне на глаза. Ещё наговорит чего лишнего, а феаноринги - ой как горячи. Ещё лучше - запри Эарендила в его покоях-до того момента, пока его дедушки... не покинут пределы города. Да, и  передай госпоже, что приехали её родичи. Если захочет встретить их - пусть спускается. Я буду ждать её через час у входа в цитадель.
Слуга испарился, а Маэглин отправился в свои покои: переодеться к встрече с давно не виденными дядюшками и заодно раздать все необходимые распоряжения.

+3

5

Шли ровно, гордо - свысока смотрели на встречающих, как и полагается Лордам, но при всем показном церемониале и воодушевлении в душе нолдо закрались опасения по поводу правильности его решения - не очередная ли это ловушка? Не пожалеет ли он потом, угодив в капкан? Не подставит ли братьев? Теперь, после смерти троих из них, Нельо опасался за родственников ещё сильнее прежнего - да и по старшинству ответственность по большей мере падала на него. И если же его подозрения верны, никакие доспехи, стены и прислужники не помогут Маэглину задержаться в этом мире - уж он-то, Майтимо, позаботится о скором отправлении дорогого племянничка в чертоги Мандоса.
На орков феаноринги обращали столько же внимания, как и на камень вокруг - пусть себе скалятся, всё равно, как бы ни старались, до поры до времени останутся не больше, чем декором не самого удачного вкуса. Вот если сорвутся переговоры, то они, несомненно, украсят местность в родные цвета - красный и черный, как в старые добрые времена на полях битв с ордами Врага. А пока что...
- Веди, - только и кинул Маэдрос разглагольствовавшему человеку: до его приветствий старшему не было никакого дела, он и без помощников знал, к кому едет, но этикет остается этикетом даже для врагов - это феаноринг понимал так же ясно, как и свои опасения на счет подвоха.
Они молча ехали по узкой тропе, окруженной с одной стороны - камнем, с другой обрамленной пропастью. Опасен подъем, здесь даже как следует и коней не развернуть, пришлось вытянуться цепочкой и идти по двое. А Нельо же тем временем мысленно усмехался, мол, стукни сейчас в голову гондолинцам показать враждебность и они, перводомовцы, окажутся в очень щекотливом положении. Однако опасность миновала и отряд без преград подошел к стенам города, что стоял на руинах своего некогда великого предшественника.
"Крепость обмана и предательства, построенная на костях", - думал эльф, осматривая устройство твердыни, что доступно глазу: не было здесь массивных донжонов, только дозорные башни, чьи шпили гордо упирались в небо, не было и сплетения узких улочек - что по правую сторону, что по левую - широкие улицы с мощенным камнем дорог и аккуратными построениями, из которых состоял Гондолин. Кольца, как то можно было назвать, заканчивались у главного дворца, куда и вели "дорогих" гостей, где, судя по всему, и предстояло узнать, что именно замыслил Моргот.
Перед арочными дверьми, что вели внутрь дворца стелилась широкая лестница по обе стороны от которой высились прямоугольные клумбы и изваяния, изображающие кого-то из эльдар. Маэдросу все красоты города оставались безразличны, возможно, в другое, более мирное время он бы не без удовольствия прогулялся по Гондолину, но не сейчас - вырваться бы из этой клетки, не потеряв при этом ещё кого-то из братьев.   
- Готов? - поинтересовался он у Маглора и ободряюще улыбнулся, словно говоря, что всё хорошо, покуда они все вместе, и оглянулся назад посмотреть на близнецов, которых, казалось, куда больше сейчас интересовало окружение. - "Хоть кто-то спокоен", - Майтимо шагнул следом за провожатым, оставляя лошадей на попечение слуг Маэглина: что же, ну вот они и приехали, половина дела сделана.

+2

6

Первым делом Маэглин спустился в винные погреба. Его встретил виночерпий-с поклоном до земли. Наместник частенько показывался здесь, даря виночерпия то ласковой улыбкой - столь редким явлением в истерзанном городе, то мелкой золотой монетой.  Умения вербовать на свою сторону верных - будь то эльфы, орки или аданы-Маэглин не растерял за годы служения Тьме.
Виночерпий подвёл Наместника к двум бочкам, стоящим вплотную друг к другу, до краев наполнил золотой ковш из правой, подал почтительно:
-   Это - вашим дядюшкам
Нацедил на самое дно серебряного бокала из левой, произнёс, поморщившись:
-   Это - их свите.
Маэглин глотнул из ковша и расплылся в широчайшей улыбке. Доброе вино, давней выдержки! Дивное послевкусие и божественный аромат! Принося удовольствие, оно не било в голову, сколько ни выпей. А дядюшкам нужна будет ясная голова...
Из бокала он отпил самую малость - только на язык попробовал и тотчас же сплюнул. Никакого сравнения с дивной амброзией из правой бочки. Вот ещё - переводить добро на каких-то сопровождающих!
- Я надеюсь на тебя! - Наместник покровительственно положил руку на плечо виночерпию. - Смотри, ничего не перепутай...
Следующие полчаса Маэглин провёл в своих покоях, где выслушивал отчёты лиц, ответственных за приём высокой делегации: церемонимейстера, главного повара и многих им подобных. Когда поток отчитывающихся иссяк, Мэглин повернулся к личному слуге:
- Одень меня к приёму. Да, и прикажи близнецам  явиться с докладом.
...На зов Наместника явились двое - оба капитаны,  оба истерлинги. Несмотря на своё высокомерное отношение к людям, в период его наместничества расцветшее махровым цветом, эту парочку Маэглин ценил. Ценил за ум, присущий государственным мужам, за понимание - пожелания Наместника те схватывали с полуслова, с полужеста -  и за завидный командный талант. По одному только движению их бровей тупые орки мигом превращались в высокоорганизованную армию.
- К встрече моих любимых родственников всё готово? - спросил Маэглин, пока слуга облачал его в нижнюю рубаху.
Нет, капитаны могли, конечно, отчитаться и по количеству зарезанной живности, и по числу испечённых хлебов...  Но Наместник ждал от них конкретного  ответа - и получил.
-   Всё, - ответил старший брат (так он горделиво называл себя, хотя по непроверенным данным родился лишь на пару минут раньше); младший, помедлив, кивнул. Маэглин вздёрнул бровь, и младший пояснил торопливо:
Сержант, новичок, вчера малость... Перепил на радостях по поводу того, что прислан служить в такое дивное место. Мы уже доходчиво объяснили дурачку, КАК НЕЛЬЗЯ себя вести. Через недельку оклемается.   Замену нашли, не извольте беспокоиться. 
- Хорошо, - кивнул Маэглин и вздрогнул от неожиданности, когда металл кольчуги обрушился на его плечи.-Учтите, с моими дорогими дядюшками прибывают пятьдесят нолдор сопровождения. Позаботьтесь о них.
Истерлинги переглянулись с понимающими улыбками.
- Учтите так же, - продолжал Наместник,-что я гарантировал дорогим дядюшкам: в пределах Обновлённого Гондолина их жизням ничего не будет угрожать.
Улыбки стали ещё более понимающими.
- Никаких провокаций. Взаимная вежливость и угождение высоким гостям. Называют отродьями Моргота - улыбаться. Обвиняют в разгроме Химлада - улыбаться. Кто первым обнажит клинок - сдеру шкуру. Лично.
Капитаны поклонились - синхронно, точно сговорившись. "Как им это удаётся?" - мимоходом подумалось Маэглину.
- Известия из Ангбанда поступали?
-   Да, господин Наместник, - ответил старший брат; младший, как начальник телохранителей Наместника, благоразумно предпочитал помалкивать.-  Камень доставят ближе к вечеру. 
- Хорошо. Ступайте.
"Еще несколько минут покоя..." Он отдался рукам умелого слуги, облачающего Наместника в чёрное парадное одеяние, расшитое золотом и серебром, надевающего - одну за одной - приличествующие ему регалии.
-   Препоясать вас мечом, господин? 
- Зачем? - оскалился Маэглин. - Не к врагам навстречу иду - к  МОИМ ЛЮБИМЫМ ДЯДЮШКАМ! Приехавшим с МИРНЫМИ ЦЕЛЯМИ!
Он подошёл к зеркалу и оглядел себя. Хорош! Достоин выступать представителем великого Тёмного Валы на переговорах с феанорингами.
Он покинул свои  покои и в сопровождении шестерых солдат из отяда Младшего спустился вниз, к парадному входу. Вышколенные слуги распахнули перед ним тяжёлые створки ворот-и Маэглин сделл шаг вперёд, на солнечный свет.
Вниз от парадного входа струилась широкая лестница; по бокам её, спешно выстроившись почётным караулом, вытянулись во фрунт люди Старшего; внизу с ноги на ногу, в ожидании, переминались четыре выживших Феаноринга и их свита. Выглядели дорогие родственнички с точки зрения Наместника, чересчур побито для потомков знатного рода.
- Приветствую Вас, мои любезные дяди, в моих землях! - звучно произнёс Маэглин. - Надеюсь, вы будете довольны оказанным вам приёмом. Пусть мои слуги позаботятся о ваших лошадях, вы же прежде пожалуйте со мной на пир, подготовленный в вашу честь. Разумеется, ваши люди также окажутся не обделены вниманием. Узнайте же гостеприимство этого дома, переступите его порог.

Отредактировано Маэглин (2013-03-19 07:43:34)

+2

7

Лестница чудилась бесконечной (сколько здесь ступеней?), в какой-то момент Маэдросу показалось, что они идут уже давно, а ещё и половины не пройдено - или это они так медленно поднимаются просто? Тонкую фигуру наместника, что стоял перед самым входом, он заметил лишь когда они с братьями поднялись почти к арочным дверям. Отряд нолдор, верных Первому Дому остались пока внизу, и охраняя вход и одновременно ожидая либо приказа Лордов, либо приглашения, - тут уж как хозяева решат.
Звучный, глубокий голос родственника, что привечал четверых феанорингов, отозвался отголосками колкой неприятной боли у старшего: вспомнилось кому Маэглин приходится сыном, к какому Дому относится, и от этого - как же тяжко признавать порой факты - на душе играло недоброе сожаление. Перед глазами встали ясные образы Фингона, Тургона, Арэдели - возможно ли, чтобы Свет породил Тьму?
- Да осветят путь твой ярчайшие звезды, Маэглин. От всего дома благодарю за оказанное гостеприимство, - Нельяфинвэ учтиво кивнул, отвечая таким образом на приветствие племянника: сказать большее мешал ком в горле - не так стоило говорить с предателем, променявшем семью на Врага, не кланяться тому, кто опозорил честь Второго Дома, Дома мудрейшего из правителей Нолдор, Финголфина, но ни ситуация, ни Клятва не позволяли поступить иначе. После короткого, но в меру вежливого приветствия, глава Первого Дома, бросив короткий взгляд на братьев, решил первым переступить порог дворца, принимая тем самым предложение наместника Гондолина.
Оказавшись внутри они, как и полагается, остановились, дожидаясь хозяина дворца. Близнецы встали по правую руку от старшего брата, а Маглор - слева. Макалаурэ был спокойнее всех четверых, а вот по выражению лиц Амрода и Амраса - младшие были насторожены, хотя и старались скрыть это от окружающих - Нельо, казалось, ощущал вибрацию напряжения, что царила в помещении. Нет-нет и сорвутся оба, только повод дай, оставалось надеяться на то, что всё обойдется и до очередной резни дело не дойдет, всё же что бы не сделал в свое время Маэглин, он оставался их родственником, двоюродным племянником, если быть точнее.

Отредактировано Маэдрос (2013-04-05 07:22:27)

+2

8

Маэглин наблюдал за поднимающимися родственничками свысока и мысленно анализировал их поведение. Конечно, ему всегда говорили, что феаноринги малость сдвинутые на голову, но чтобы малость достигла таких вот размеров...
"Взяли пятьдесят человек. Зачем? Покрасоваться? Вряд ли реальный отпор дать. Будь у гарнизона крепости намерение перебить этих эльфов-что пятьдесят, что сто-все равно покойники! 
...Оставили внизу, обнажив спины. Зачем брали? А если вот сейчас на них набросятся мои люди? Ну убьет ощипанная дружина пару-тройку  истерлингов. Но Феанорингам в Чертогах Мандоса от этого не потеплеет.
 ...Нет,  слово-таки я давал и собираюсь его сдержать.  Но верить вот так, априори, служителю Моргота на слово!
...Дыхалка у них хорошая... Это плохо"

Старший Феаноринг остановился двумя ступенями ниже Маэглина. На мгновение Наместнику показалось, что лицо Однорукого исказазила гримаса гнева при виде хозяина... Но спустя мгновение по губам Маэдроса проскользнула почтительная улыбка. Показалось?
Да осветят путь твой ярчайшие звезды, Маэглин. От всего дома благодарю за оказанное гостеприимство.
- Вы не видели ИСТИННОГО гостеприимства этого дома,-обронил Маэглин, улыбаясь своим мыслям.-Прошу Вас, любезные дядюшки, проследовать за мной в пиршественную залу. Поедите, отдохните с дороги,-а там и приступим к разговору о цели вашего сегодняшнего приезда. Ваши люди, разумеется,-царственный кивок на мнущихся внизу лестницы нолдор,-тоже не окажутся обделенными вниманием. Им накрыт стол и уготовлены развлечения, милые сердцу любого гостя. Пройдите ж со мной, милые дяди, разделите со мной трапезу.
... Стол накрыли в громадном величественном зале, своды которого, теряясь в вышине, не были видны эльфийскому взору. Вино лилось рекой, приносились лучшие блюда. Словно невзначай, первый бокал наливали Наместнику; первый кусок неизменно падал в его тарелку; он не был жаден или самолюбив, давая тем самым понять гостям: им нечего опасаться отравы.
За едой вели неспешные беседы, не касающиеся ни в малейшей степени политики; правда в конце торжества, когда вино заставило зарумяниться щёки, придворный шут позволил себе пару острот о Морготе весьма похабного свойства. В иное время Маэглин бы лично велел вырвать шуту язык и распять его в назидание во дворе крепости - но теперь солёные шутки были к месту, и Наместник подбадривал главного увеселителя подкупающей улыбкой...

+2

9

Стражи у ворот вытаращились на него, как на черный призрак Тол-ин-Гаурхота, байки о котором ходили по всему Белерианду, хотя никто этого самого призрака отродясь не видел, и выяснить, кто первым пустил этот жутковатый, но ложный слух было невозможно. Сам Мелькор грешил на Саурона, но тот не признавался, хотя выражение лица у него, каждый раз, когда он слышал эту байку, было почему-то очень довольное.
Усмехнувшись от пришедшего на ум забавного воспоминания, он прошел в ворота. Задержать его, понятное дело, никто не посмел. Даже не дернулись, и почти сумели скрыть откровенное потрясение и страх. Молодцы. Хорошо их наместник вышколил.
Перед тем, как выйти из арки, он предусмотрительно накинул на голову широкий капюшон. Мало ли, вдруг кто-то из свиты, которую притащили с собой феаноровские отродья, остался кто-то, кто, со времен Валинора, мог помнить его в лицо. Да и Сильмариллы, сверкавшие в его венце, вряд ли можно было спутать со стекляшками из местных рудников. Да, возможно было бы разумнее оставить корону дома, но он не нашел в себе сил расстаться со своими сокровищами. Пусть их. Феанорингам будет полезно взглянуть на отцовские камни. Особенно, после столь долгого перерыва.
Эльфы, мимо которых он проходил, даже не повернулись в его сторону. Ну, идет мимо некто в плаще, и пускай идет. Воспитанные на байках о гиганте, закованном в черные доспехи, они и думать забыли, что он был одним из айнуров, и мог принимать любой облик.
Поднимаясь по ступенькам, он, не без самодовольства, поглядывал на красоты Гондолина. Теперь это был его город. После стольких лет, и стольких битв. Его. Только его. Да, трудно было покорить эту твердыню, трудно. Почти невозможно. Но «почти», не значит совсем невозможно. У любой крепости есть слабые места, нашлись они и в этой.
Стражи у входа в замок уставились на него с не меньшим ошеломлением и ужасом, чем те, что стояли у ворот. Он не удивился. Пожалуй, его это даже позабавило. Собственно, ради всех этих удивленных лиц, он и явился сюда сегодня, без предупреждения.
Надо было признать, что соображали слуги в этом замке неплохо. Даже будучи напуганными. Ему не потребовалось даже открывать рот, чтобы объяснить, куда и зачем он направляется, все поняли все без слов. Дернув уголком  рта, что в его случае должно было означать благосклонную улыбку, он пошел вслед за низко поклонившимся ему слугой, раздумывая, между тем, не без удовольствия, что из-за сновавших по коридорам орков, бывший замок Тургона ничем не отличается от Ангбанда. У одной их множества дверей слуга остановился. Прислушавшись, Мелькор услышал за стеной ровный гул голосов. Судя по всему, пир был в самом разгаре.
Что ж, значит, я как раз вовремя.
Появление в дверях зала закутанной в черный плащ фигуры, поначалу, прошло незамеченным, и это дало ему возможность осмотреться. При виде сыновей своего давнего почившего врага, его губы на миг исказила злая ухмылка. Пришли. Что ж, силой их сюда не тянули. А значит, пусть будет, что будет.
Он откинул капюшон, позволив сиявшим в венце камням озарить зал волшебным, ни с чем несравнимым светом погибших Древ. Гул голосов мгновенно оборвался, все взгляды устремились на него. Он улыбнулся спокойной, почти мягкой улыбкой, не затронувшей, однако, его взгляда.
- Да осенит этот дом благословение Эру, - его негромкий голос, был слышен, тем не менее, в каждом углу зала.
Из его уст благопожелание звучало злой насмешкой, но это его вполне устраивало. Собственно, так и было задумано.

+2

10

Полуугрозу-полуобещание Майтимо пропустил мимо ушей, посоветовав при помощи осанвэ поступить так же и двоим младшим. На его радость оба близнеца послушались, хоть и синхронно скривили носы, показывая тем самым, что думают и о родственничке, и о его елейном голоске, и вообще о всей этой ситуации в целом. Этого старший запретить не мог, да и не хотел на самом деле - они принцы Нолдор, а не прихвостни темного Валы, и не обязаны отвечать полной взаимностью одному из его верных.
"Чем же Враг подкупил тебя, Маэглин? Свободой? Жизнью? Статусом и богатством?" - сложно было ответить на сей вопрос, ещё сложнее - принять. Он и сам прекрасно знает, что есть Ангбанд и тамошнее "гостеприимство", но что именно требуется, чтобы жертва предала собственную семью, для феаноринга оставалось тайной. Он мечтал о смерти, находясь в лапах Моргота, но и помыслить не мог о том, чтобы отвернуться от родных, примкнув к их злейшему Врагу.
- Как гости прилежные мы последуем за хозяином, - улыбнувшись широко, но фальшиво, Маэдрос с вызовом смотрел на племянника, говоря тем самым, чтобы он шел вперед, не думая даже об уловках и прочих низостях, что в ходу у его северного господина. 
Как и ожидалось: пышность приема, вышколенность и учтивость улыбающейся прислуги, показывающая в иных случаях уважительное отношение к гостям, сегодня смотрелась издевательством, напоминанием о том, кто победил в этой войне и ставит условия, а кому оставалось только принимать приглашения, питаясь с господского стола. Скольким пришлось отдать свои жизни за надежды, лишь жалкие надежды о мире, сколькие не вернулись с битв к своим женам и детям, и ради чего? Ради того, чтобы выжившие и более удачливые могли теперь лицезреть, как враги созывают пиры в их крепостях? Чтобы видеть свободно гуляющих орков, жгущих ещё уцелевшие деревни и поселения? Сколько слез и крови ещё должно быть пролито перед окончательным падением северной твердыни Ужаса и Лжи?     
Принцы Первого Дома сели по обе стороны от хозяина по двое: Маэдрос и Маглор по правую руку, Амрод и Амрас - по левую. Так, в случае очередного предательства, кое в здешних стенах дело обычное, будет проще защищаться, и меньше шансов на благополучный исход для самого Маэглина.
Принимая участие в беседе неохотно, Нельо то и дело поглядывал на близнецов: ни один, ни второй ничего не ели, они даже не притронулись к предложенной еде. Не из-за боязни отравы в пище, но из гордости, свойственной их семье. Питьофинвэ сидел ближе к наместнику и не спускал с того глаз, внимательно наблюдая за жестами и взглядами темноволосого эльда. Тэлуфинвэ же напротив не желал смотреть в его сторону, неотрывно следя за дверью, точно бы ожидал, что сейчас по их души в залу войдут вражеские войска. 
Слуги то и дело сновали взад-вперед, потому на вошедшего мужчину, укутанного в плащ, Нельяфинвэ не обратил никакого внимания, и лишь резкий выкрик-проклятие одного из близнецов привлек внимание старшего. Амрод вскочил, обнажив меч и опрокинув стул, его примеру последовал и Амрас, правда, в отличии от первого, этот приставил острие меча к горлу Маэглина.
Конечно же они помнили это лицо, не узнать того, кто бесчестно убил их деда - невозможно. Руссандолу живо вспомнилось тело Финвэ на залитом кровью полу холла их крепости в Амане, которое они с братьями обнаружили, вернувшись с охоты. Он так же встал с места, неотрывно глядя на Моринготто: не стоило даже напрягать зрение, чтобы видеть сияние Сильмариллов в короне айнура, что были украдены многие годы назад из Форменоса.
- Не спеши, Амрас, смерть одного прислужника Тьмы не решит всех вопросов, за которыми мы прибыли сюда, - предупредил бывший правитель ныне потерянного Химлада младшего феаноринга. - Не ожидал увидеть снова, - обратился он теперь уже к Морготу, игнорируя его ухмылку. - Как же Вале его новая крепость, нравится? Не правда ли у Турукано, был прекрасный вкус? - ядовито поинтересовался Маэдрос, смотря на Мелькора без вызова, но и без страха.

Отредактировано Маэдрос (2013-04-07 07:30:55)

+2

11

Несмотря на потуги шута, пир проходил невесело. Маэглин чувствовал разливающуюся в воздухе напряженноть - но ничуть не удивлялся, зная о том, какую любовь питают разлюбезные дядюшки к Морготу и его клевретам. Даже принадлежность к дому Финвэ не могла избавить Наместника от косых, ненавидящих взглядов, бросаемых в его сторону. Наоборот, для Маэглина было бы куда более спокойно оказаться сыном какого-нибудь человека - но только не сестры обезумевших от желания завладеть Сильмариллами Феанорингов.
Посреди невеселого пиршества Маэглин вдруг вспомнил, что не проконтролировал, позаботились ли о дружине любезных дядюшек "Досадный промах!"  Он подозвал слугу и с немалым удивлением узнал, что все полсотни эльфов топчутся у лестницы, не решаясь зайти. Маэглин сдвинул брови (слуга побледнел) и велел НЕМЕДЛЕННО обслюжить дорогих гостей (слуга позеленел и быстрее ветра рванул выполнять приказание Наместника). На пороге он чуть было  не столкнулся с высоким мужчиной в плаще - но, видимо, не сочтя того достойным внимания, вылетел во двор. 
Никто не обратил внимания на вновь пришедшего - мало ли сброду здесь шатается. Никто... Кроме Маэглина. При одном взгляде за закутанную в плащ фигуру его сердце сжала холодная, липкая рука страха, а перед глазами промелькнули те картины из будней Ангбанда, которые он силился забыть - но не мог.
"Зачем он здесь?-заметалась в голове паническая мысль.-Не доверяет? Пришёл проконтролировать? Или... Покарать?.. Кто с ним?.. Балроги?.. Саурон со своими оборотнями?.. Что я сделал не так? Что меня ждет?.. Идриль!"
Он хотел вскочить, отдать приказ... Нет, самому бежать к жене-чтобы заперлась, не выходила, не поддавалась на уговоры-но ноги отказали ему, и разум не собирался повиноваться. Наместник замер, парализованный ужасом - и отмер лишь тогда, когда, явно красуясь и позёрствуя, медленно-медленно Моргот откинул капюшон с лица, явив миру пару блистающих  Сильмариллов, и сказал не без доли иронии:
- Да осенит этот дом благословение Эру!
"Издевается... Глумится перед тем, как ударить..."
Дальше все произошло в считанные секунды.Маэглин и вскочить не успел, как в горло ему уперлось острие меча. Дядюшка Амрод? Или дядюшка Амрас? Пусть их матушка родная различает, он, Маэглин, не подряжался!
Со свистом взметнулись мечи телохранителей; натянутые, как струна, стояли истерлинги, ожидая приказания наместника - или готовые молниеносно действовать без приказа, видя, что его жизни угрожает нешуточная опасность.
Он знал свою охрану, как облупленную, и поэтому прекрасно понимал-стоит пролиться хоть капле Наметниковой крови-и феанорингов уже ничто не спасет. И поэтому, боясь даже вздохнуть лишний раз, чтобы не напороться ненароком на меч Амраса-Амрода, он просипел: 
- Оружие прочь!-и телохранители, вяло поворчав, приказ Наместника выполнили.
- Верховный Король!-проговорил уже спокойнее Наместник, обращаясь к сидящему рядом Маэдросу.-Братья твои молоды и безрассудны. Но ты-ты умен и прошёл искус властью. Вели им опустить меч - иначе с минуту на минуту в этом зале может начаться резня!
Он не сомневался, что старший дядюшка достаточно умен, чтобы осознать всю шаткость своего положения. Вчетвером в зале, битком набитом чужими воинами - и с Морготом впридачу!
Моргот...
- Прошу прощения, повелитель, что не встретил вас на пороге, как подобает верному слуге и наместнику,-сказал уже спокойнее Маэглин.-Увы, меня не оповестили о вашем прибытии, иначе я бы приказал оказать вам такие почести, которых достоин Владыка Белерианда!

+3

12

Он усмехнулся. Растерянность, паника, неприкрытая злоба, страх, - спектр эмоций, отражавшийся на лицах гостей, поистине стоил того труда, который он затратил на путешествие из Анбанда в Гондолин. Посмотреть на происходящее в зале было забавно. Досталось даже наместнику, хотя, честно говоря, Мелькор ждал, что гнев феанорингов будет обращен исключительно на него. Но – нет. Видимо, бесконечные поражения в войне (а может, память о самоубийственном приключении Нолофинвэ) хоть чему-то научили эту безумную семейку. Это радовало, так как обещало недурное, и, главное, достаточно долгое развлечение. Торопиться ему было некуда, так почему не принять вызов на словесную дуэль? Кто знает, может эти мальчишки окажутся податливы на красивые речи. А нет - так тоже ничего страшного. Дорогой брат Намо, без сомнения, будет рад им в своих чертогах.
Небрежно кивнув наместнику, он чуть повернул голову, без гнева, скорее с насмешкой, встречая взгляд старшего феаноринга, надумавшего, как видно, выбить его из равновесия, упоминанием о том, что город, в котором они находятся, был построен кем-то другим, а он, Темный Вала, всего лишь завоеватель.
Насмешил, видит Эру, насмешил…
Взгляд Темного Валы скользнул по фигуре дерзко смотревшего на него эльфа, выразительно задержавшись на искалеченной руке, и вернулся к лицу нольдо.
- Воистину, Гондолин прекрасен, о Верховный король нольдоров. - Если бы не чуть насмешливые нотки в голосе, речь Мелькора была бы безупречно учтивой, - Турукано, действительно, сотворил чудо. Каждый раз, приходя сюда, я, словно наяву вижу перед собой благословенный Запад и дивный город Тирион на Туне. Ты ведь помнишь его Нэльофинвэ Майтимо Феанарион?
Ты ведь не забыл свет Древ, воплощенный ныне только в Сильмариллах, тьму, павшую на Валинор, белые гавани Альквалондэ, которые вы залили кровью? Помнишь ведь, сын Феанаро? Помнишь, и вспомнишь еще не раз… если я дам тебе время вспомнить.
- Я прошу великодушно простить меня, мой наместник, что я не оповестил тебя о своем приходе заранее, - собравшись играть некоторое время роль гостя, Мелькор был сама учтивость и великодушие, - Я не требую сегодня почтительного приема, позволь мне быть гостем в твоем доме и пировать с тобой за одним столом.
Несмотря на уважительный слова, в голосе валара не было ни капли сомнения в том, что ему «позволят». Пусть только попробуют не позволить.

+2

13

Ситуация начинала выбивать - Майтимо прокручивал в мыслях всевозможные варианты событий: он желал получить отцовские Камни не меньше своих братьев, но их жизни старший сын Феанора расценивал куда дороже. На лучший исход, а-ля удачно спереть Сильмариллы и уйти всем четверым, хотя бы только четверым, из укрытого государства, он не рассчитывал, хотя и тлела глубоко внутри искорка надежды на подобную концовку.
Слова Маэглина хоть и были переполнены яда, нисколько не задели Нельяфинвэ - он никогда не жалел о передачи короны, не желал власти, не стремился к ней, самое дорогое, что вообще существовало теперь для него - его братья. А потому он осадил младшего, вполне логично рассчитывая, что шансов выжить в этой бойне у них немного. 
- Опусти меч, Тэлуфинвэ, мы не за кровью приехали, - "Не за кровью родственника тем более", - внутри резанула резкая боль от воспоминаний кровопролитной резни, которую можно было бы избежать, не будь норов отца столь крут, и пусть Нельо никогда не считал родителя виновным, скорее обманутым, но повторять подобных междоусобиц не стремился. Чувство вины и без того не покидало нолдо, тем более после нападения на некогда сокрытый от прочего мира Дориат, где в безумии Клятвы пали трое из его братьев. - "Я не могу потерять ещё и их", - скользящим взглядом обвел он близнецов и Кано, собираясь с силами: нельзя показывать слабину, не Врагу, не сейчас. 
- Спасибо, - кивнул он, когда Амрас убрал меч от горла наместника. Все по прежнему оставались напряжены, и это не удивительно. Ни страх, но ненависть плескалась во взглядах, а Нельо же выбирал, каким путем ступать, выбирая каждый свой шаг аккуратно, обдуманно. Нельзя было поддаваться на провокации, нельзя ни злиться, ни возвращаться к светлым дням, прожитым ими в Благословенном Амане.
- Будем считать, что появление валы - залог честности переговоров. Ведь он принес то, за чем пришли мы сюда, разве нет? - и вновь обращение было не к хозяину крепости и не ко Врагу, а к братьям. Майтимо точно убеждал их, что всё идет по плану и иначе быть не могло. - Я совру, если скажу, что рад видеть вас, - мягко, однако с холодом в светло-серых глазах говорил феаноринг. - Но это не мешает мне поздороваться и пожелать вам доброго, светлого, чистого дня, - слова произносились четко, с расстановкой, открыто - пусть видят, что ему нечего скрывать, сегодня, не как тогда - нет уловок и попыток обхитрить (пока что); пусть видят, что и страха нет, но лишь уверенность.

+1

14

Ума у старшего дядюшки хватило, и Маэглин с немалым облегчением почувствовал, что  сталь меча уже не холодит ему шею. Он выдохнул с немалым облегчением - и тут же напрягся, услышал нарочито небрежный, ласковый тон Моргота:
Я прошу великодушно простить меня, мой наместник, что я не оповестил тебя о своем приходе заранее.   Я не требую сегодня почтительного приема, позволь мне быть гостем в твоем доме и пировать с тобой за одним столом.
- Вы не гость, но хозяин в этом дворце,-отвечал Маэглин, получив возможность наконец-то подняться и поприветствовать Мелькора глубоким поклоном.-Я буду рад, что сумею угодить Вам...
Хотел бы Маэглин посмотреть на того самоубийцу, который прогнал бы Моргота из дворца. По крайней мере, сам Наместник к таковым себя не относил. Он хотел жить долго и по возможности счастливо с молодой женой. А не философски взирать на ту же молодую жену, прохлаждаясь на дыбе. Хватит с него. Одного раза ХВАТИТ!
Понятливые слуги притащили Повелителю кресло-да что там кресло - КРЕСЛИЩЕ, почти трон! Понравилось ли Повелителю почести или нет - Наместник так и не понял; наблюдая за Мелькором, он размышлял лишь об одном: по чью душу явился Тёмный Вала - его или Феанорингов? А станется-обоих.
"Он ведь никогда не покидал пределов Ангбанда... Что же случилось теперь?"
Пот градом катился по его спине, а сознание заполняла одна лишь мысль. Если его, Маэглина, покарают, что станет с Идриль и Эарендилом? Знающий об ужасах, что творятся в недрах Темной Цитадели, он не мог, не должен был допустить...
Кусок не лез ему в горло; опустив глаза, он делал вид, что ест, вяло ковыряясь в тарелке. Наконец, рискнув поднять взор на Повелителя, Наместник уловил едва заметный кивок. Маэглин мальчиком умным был, схватывал на лету
- Ну что же, раз гости насытились-не пора ли нам перейти к делу?
Он поднялся и в сопровождении верной охраны двинулся к выходу
... Наместник, поднимаясь по нескончаемым ступенькам винтовой лестницы, привёл гостей в громадный зал, ввиду основной политики правящего  руководства оформленный в красно-черной гамме. Несмотря на размеры, в зал вела только одна дверь; через которую высокие договаривающиеся стороны и вошли.
На весь зал было три окна, и все три - забранные ажурными решетками (между прочим, выкованные самим Наместником!) Здесь любил проводить время Эарендил, а учитывая, что пацанёнок, как и всякая уважающая мелкота в его возрасте обожал совать нос куда не следует, окна пришлось зарешётить...
Посреди зала стоял стол, ширина которого была строго выверена Маэглином. Даже вскочи дядюшки в ярости, длины их клинка не хватит дотянуться до Наместника.
Пять кресел. Четыре и одно. По обе стороны стола. Маэглин с почтением указал Мелькору на единственное кресло, сам устроился сзади.
Внезапно за его спиной-противоположной той, где была дверь, колыхнулся громадный, на всю стену, гобелен. Маэглин ненадолго отошёл, закрыл окна, вернулся на своё место... Стал ждать.

+2


Вы здесь » Лэ о Лэйтиан: Освобождение от Оков » За гранью » Эпизод - Королевские игры


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC